Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
23:00 

Бегущие

Red_TABUretka
человек в железной каске
Название: Бегущие. Часть I
(Sherlock bbc)
Автор : TABUretka
Тип: слэш
Жанр: драма
Размер: миди, 23 500 слов
Бета: Levian
Рейтинг: R
Заявка: №8 - Джим Мориарти вынуждает Шерлока обратиться к себе за помощью. Но Джим/Шерлок тут скорее односторонний и без взаимности со стороны Холмса, потому что второй-то пейринг Шерлок и Джон.
Дисклаймер: все герои принадлежат АКД и BBC. Все, кроме Майка. Он принадлежит Сью.
Саммари: мальчики-модели, древнеегипетские амулеты и забеги на короткие и длинные дистанции.
Примечания (предупреждения): написано на Sherlock Holmes Big Party. События эпизода The Great Game не учитываются, таймлайн – пара недель после завершения дела о слепом банкире. В тексте встречается нецензурная лексика, жестокость.

Огромное спасибо Curly_Sue, littledoctor и Levian, за советы, поддержку и терпение.

Вступление

В саду надрывались птицы. Каждая новая трель ввинчивалась в плотную тишину, разрывала её в лоскуты и тут же перекрывалась следующей, несмолкаемым клекотом.

Джон ничего не мог поделать, чем больше он старался не отвлекаться, тем более навязчивым становился этот звук, истеричный и весенний, он метался по кабинету, отталкиваясь от обшитых деревом стен, смешиваясь с густым ароматом цветущих яблонь. Казалось что там, за окном, миллиарды птиц расселись на миллиардах ветвей, и от всякого движения вниз осыпаются миллиарды белых лепестков.

Пара таких даже застряли в волосах Шерлока. Это могло бы выглядеть забавно и, может быть, почти красиво, да что уж там, поэтично — белые лепестки в темных кудрях, — когда бы Джону не приходилось целиться в лоб под этими самыми кудрями.

У него было чувство, что он остановился на стыке между бредом и реальностью. Весеннее буйство снаружи и замершая сосредоточенность внутри, или же нормальная жизнь за окном и безумие здесь, вокруг него. Неподвижные фигуры лишь угадывались рядом, книги, книги, бесконечное множество книг пылилось на полках, мерцала плазменная панель.

Последняя песчинка застряла в горловине часов и перекрыла весь временной поток. Джон догадывался, что будет дальше, по шуму крови в ушах, по давлению пальца на курок, по нарастающему птичьему гомону, он понимал, что песчинка не выдержит веса времени. Он проходил через это раньше и, черт возьми, отдал бы многое, чтобы избавиться от подобного знания.

Время могло хлынуть обратно только вместе с чьей-то кровью.

Однако, несмотря ни на что, Джон был спокоен. Недрогнувшей рукой он немного опустил пистолет, так что теперь дуло указывало на горло Шерлока. Расстегнутый ворот рубашки позволил увидеть, как дернулся кадык, когда Холмс сглотнул. Должно быть, у него тоже пересохло во рту, подумал Джон, и рискнул перевести взгляд чуть выше.

Глаза Шерлока были широко открыты.

Глаза Шерлока говорили: «Ты правда это сделаешь?» и «Пожалуйста, Джон».

Уотсону хотелось зажмуриться, чтобы не видеть этого растерянного выражения, чтобы не думать, о чем именно просит Шерлок.

Джон всегда был уверен, что этим всё и закончится. Бывший военный, безумный детектив и оружие: сочетание, приводящее к печальным последствиям.

К лепесткам в спутанных волосах.

Как они оказались здесь? Джон ощущал тяжесть металла, нагретого в его хватке. В запахе яблонь отчетливо слышался скрежет песчинки по стеклу. Скоро. Уже почти…

Скоро финал. Где же было начало?

— Афганистан или Ирак?

Нет. Джон был не из тех, кто льстит себе, выдавая желаемое за действительное. Точка отсчета находилась гораздо раньше, совпадая с датой рождения несносного, логически иррационального мистера Холмса, которому постоянно было…

ЧАСТЬ I

Aerosmith “Ain’t that a bitch”

In a daze, in the throes of emotion
You see God in the Devil's eyes
Then you fall so far from grace
You wouldn't know a kiss
If it was on your face
You can tell it to the jury
But you ain't got no case



Queen “Death on two legs”

Death on two legs
You're tearing me apart
Death on two legs -
You never had a heart of your own,
(You never did, right from the start)


Глава Первая

Скучно.

Пальцы метались по клавиатуре, бессистемно и уже как-то обречённо. Единственная работающая лампа сочувственно мигала с низкого отсыревшего потолка.

Нет-нет. Все неправильно.

Неверный пароль.

Доступ запрещен.

Введите ещё раз.

Доступ запрещен.

Запрещен. Чертов. Доступ. Кажется, ещё одно слово потеряло смысл от бесконечного повторения.

Запуск программы может привести…

А может и нет.

Подтвердить.

Согласен.

Какой неуверенный в себе идиот придумал столько вопросов?

Система перегружена, внимание, система перегружена, внимание…

Лампа ещё успела осветить дымок, легкомысленно вьющийся из блока питания, после чего громко фыркнула, заискрила и погасла. Шум вентиляторов стих, в темноте задумчиво мигали красные и зеленые огоньки.

Пальцы сжались в кулаки, и хруст клавиш стал последним аккордом маленького подвального апокалипсиса.

Где-то через минуту скрип двери заставил Шерлока поднять голову со сложенных на столе рук. Щурясь от яркого света, льющегося из дверного проема, он разглядел внушительную фигуру.

— Шел бы ты домой, — заметил Анжело, подходя ближе. Под его ногами хрустели осколки стекла.

— Нет, я всё… — Шерлок потер лицо ладонями и неуверенно продолжил: — Всё исправлю.

Анжело скептически покачал головой и ковырнул обуглившийся пластик ногтем.

— Я вызвал электриков, опять выбило пробки.

— По крайней мере, теперь все посетители едят только при свечах. Ты сам утверждал, что это романтично.

— Иди домой, Шерлок. Выпей вина, поспи. Хочешь, я заверну тебе ravioli с собой или курицу под соусом? Хочешь курицу?

Холмс пожал плечами в ответ.

— Я не могу спать, не хочу пить и тем более не хочу есть. Мне нужно взломать эту несчастную базу дан…

— Они ушли полчаса назад.

Шерлок замолчал так резко, будто его выключили.

— Вдвоем?

— А чего ты ожидал? – невесело усмехнулся Анжело. – Они приходят сюда третий раз за две недели. Вряд ли сегодня он будет ночевать на Бейкер-стрит.

Шерлок подумал, что лучше бы ему было скучно.

— Давай. Я пришлю тебе ужин. За счет заведения. И бутылку бордо. — Холмс поморщился, когда Анжело хлопнул его по спине. Подхватив пальто со спинки стула, он направился к выходу, оставив хозяина ресторана созерцать нанесенный подвалу ущерб.

— И не трогай ничего тут. Я сам разберусь в следующий раз.

— Sanctus Deus, miserére nobis* … — донеслось до Шерлока из-за захлопывающейся двери.

Домой не хотелось. В пустую квартиру не тянуло, потому что она была пустой. Темной. Неинтересной.

Потому что там не было… Шерлок запрокинул голову и втянул холодный воздух. Ему просто необходимо было занять мозги чем-нибудь посерьезнее экспериментов и прочих глупостей.

Отвлечься. Сбежать, переехать, желательно куда-нибудь в другое полушарие.

Раньше он думал, что скука — самое страшное, что может с ним случиться. На втором месте в списке неприятных явлений стояло окончательное безумие, являющееся логичным продолжением первого пункта. На третьем — смерть.

Остальное было шелухой. Не заслуживающими внимания деталями обывательской жизни, без которых можно было обойтись.

Теперь же, стоя посреди улицы, как последний дурак, в распахнутом пальто, с запрокинутой головой, Шерлок мог с уверенностью заявить: Джону Уотсону удалось победить смерть, безумие и скуку.

Холмс и раньше-то никогда не чувствовал себя хорошо. Правильно. Ну, пожалуй, только в те кратчайшие моменты, когда на него снисходило озарение. После знакомства с Джоном, Шерлок окончательно потерялся. Эйфория от признания его талантов другим человеком прошла, а что бывает, когда заканчивается эйфория, Шерлок знал не понаслышке.

Ему нужно было больше. Ему нужно было то, чего он не мог получить. Это было больно, почти физически, и муторно. Шерлок не мог находиться рядом с Джоном, и не выносил, когда Джон проводил время с кем-то ещё.

Шерлок запирался в комнате и сутками не появлялся в гостиной. Уходил из дома, превращал подвал Анжело в катастрофу, доводил до истерики Молли.

Шерлок палил по стенам, Джон отнимал у него пистолет и списывал все на скуку.

Лучше бы ему было скучно.

Он не хотел, всегда был выше этого, он же Шерлок, мать его, Холмс!

Если бы Джон узнал, в чем настоящая причина такого поведения, то, наверное, проделал в гениальной голове соседа лишнюю дыру. Или нет. Но Шерлок предпочел бы дыру сочувственному взгляду и формальному «прости, это не совсем моя территория».

Он знал, что долго так не продержится. В конце концов, он же не был мазохистом, ну, по крайней мере, в этом смысле, то есть саморазрушение, оно же не считается, верно?

Ещё одно, последнее дело, им просто необходимо одно последнее дело, немного беготни, возможно, стрельбы, адреналин для его…

Нет, не его

… доктора, прощальный подарок.

А потом Шерлок просто уедет, дальше от центра, не беда, ему не привыкать. Дальше от Джона.

Небо, глядящее в лицо, было черным, таким черным, а воздух разреженным, и на секунду мир перевернулся, и Шерлок понял, что падает туда, каким-то образом вверх, словно земля отказывается терпеть его на своей поверхности.

— Эй, мистер? Последний бокал был лишним? — Вместо неба перед глазами появилась кривоватая и чуть смущенная улыбка. Холмс обнаружил, что опирается одним коленом о мостовую, а за руку его придерживает незнакомый парень.

— Все в порядке. — Шерлок поднялся и тут же отступил на шаг. Чужое присутствие ощущалось как прикосновение к обожженной коже. Как и всегда, в общем-то. — Я в порядке.

Улыбка прохожего поблекла, уступив место… пониманию?

— Тяжело никогда не останавливаться, да?

— Что? — должно быть, он неверно расслышал.

— Тяжело вовремя остановиться, в пятницу вечером особенно. – В свете уличных фонарей глаза незнакомца казались такими же черными, как небо. — Ладно, мне надо… — он махнул рукой. — Удачи, приятель.

— Да. — Воздуха всё ещё было подозрительно мало. — Да.

Кажется, Анжело был прав насчет ужина. Или сна. Или и того и другого. Шерлок отряхнул брюки, поправил шарф и отправился, наконец, домой. Больше всего сейчас он хотел сменить пластырь, выпить чашку чая и взломать уже эту базу данных.

Размышляя, выдержит ли проводка миссис Хадсон предполагаемые скачки напряжения, Холмс поднялся по лестнице, прошел в гостиную и наткнулся на Джона Уотсона, стоящего в центре комнаты.

— Шерлок, — тон Джона не предвещал ничего хорошего, — у меня в шкафу банка.

Шерлок, начавший снимать пальто, машинально накинул его обратно на плечи.

— И?

— Что «и»?! Банка со змеями! В шкафу! Тебе не кажется, что это уже как-то слишком? — Иногда, например, в такие моменты, несмотря на свой небольшой рост, Джон возвышался над Шерлоком.

— Они не ядовиты.

— О, это, несомненно, замечательная новость, — Уотсон всплеснул руками. — Что они вообще там делают?

«Спят, если ты не перебудил их своим праведным возмущением», — подумал Шерлок. Потом посмотрел на Джона. Который в данный момент должен был быть у Сары. Волосы слегка взъерошены, губы… О. Чуть припухшие.

Шерлок снова почувствовал себя странно.

Итак, дальше, рубашка, только верхняя пуговица расстегнута, заправлена аккуратно, обратно, обратно, выше, губы. Нет, нельзя, так нельзя, ещё выше, ну же, глаза.

— Шерлок?

— Миссис Хадсон никогда не заглядывает к тебе в комнату, она знает, что там всегда порядок. — В горле пересохло просто ужасно, конечно, чаю бы, он же хотел… Хотел. Идиот. — Она бы выбросила их, если нашла. Испортила бы экспе…

— Убери их оттуда. Все равно куда. Отвези в морг. А лучше — в зоопарк.

— Хорошо.

— Что? Вот так просто? Шерлок…

Кажется, он что-то не то сказал. Ему определенно надо поспать.

— Когда ты ел последний раз?

Почему ты не остался у Сары? Почему ты не остался после всех поцелуев, следы которых хранят твои губы? Что ты делаешь здесь, в этой квартире, зачем ты смотришь на меня так, будто тебе не все равно?

Вопросы рвались наружу, и в какой-то момент Шерлок подумал, что не сможет их остановить, и тогда все будет кончено прямо сейчас, здесь, а он не был готов. Может быть, он все же был мазохистом, немного?

— Вч-ч… В среду? Мы заказывали что-то у Мао.

— Это был вторник! Боже.

Джон развернулся и отправился на кухню.

Шерлок плюхнулся в кресло и неподвижным взглядом уставился на светлый затылок. Она определенно касалась его там, пропускала жесткие короткие волосы сквозь пальцы, рука скользила вниз, на шею…

— Я думал, у тебя сегодня свидание, — заметил Холмс, как надеялся, непринужденно.

— Так и есть. Точнее, было. Но Саре позвонили и попросили приехать на дежурство.

— А. — В этот момент Шерлок ненавидел себя. За слабость, за облегчение, которое испытал, обнаружив Джона в квартире, за абсолютно необоснованную, идиотскую идею, что Джон вернулся… просто потому что не захотел быть с Сарой.

Ненавидеть себя Шерлок не любил, за него с этим и так прекрасно справлялись окружающие.

— Все, что смог найти в холодильнике. Держи. — Джон протянул тарелку, над которой поднимался пар от куска чего-то быстроприготовимого. Возможно, лазаньи. Или шпината. Или нет.

— Но я не… — попытался отказаться Шерлок и запнулся о взгляд голубых глаз. Иногда у Джона на лбу было написано военное прошлое. — Спасибо.

У еды по-прежнему не было вкуса.

У слов по-прежнему не было смысла.

Поэтому Шерлок молча жевал картонное горячее нечто, перебирая в голове варианты кода для взлома системы безопасности. Во имя всего святого, что такого уж важного хранилось в архивах Скотланд-Ярда? В прошлый раз он распотрошил их за час. К сожалению, после того случая они улучшили охрану.

Тяжело никогда не останавливаться?

Нет, если остановиться страшно.

Внезапно Шерлок замер.

— Ну конечно же! — прошептал он, не глядя ставя тарелку на пол. — Это же очевидно!

В следующее мгновение он уже нависал над ноутбуком, не озаботившись даже расчистить стул от книг, чтобы присесть.

— Убери за собой посуду, — привычно заметил Джон, отрываясь от газеты.

Доступ запрещен

Система перегружена, внимание, система…

Заблокирована, внимание, система заблокирована

Введите пароль

Ошибка системы

Ошибка системы

Доступ разрешен.

— Да! — Шерлок подпрыгнул.

— Осторожно!.. Там тарелка. Была, — Джон посмотрел на белые осколки. — Убери за собой хотя бы это.

— Я и не сомневался! Они недоумки, оставить такую брешь. Ха!

— Шерлок, я не знаю, кто приедет за тобой раньше, санитары или полиция, но будь добр…

— Посмотрим, что у них есть. Так, убийства… На почве ревности, бытовое, наследство, о, ну здесь же все на поверхности, неужели так трудно посмотреть материалы… Скучно. Не может быть, чтобы…

— Ты?.. Ты что… Это что? — Джон подошел ближе и теперь смотрел на экран из-за плеча Шерлока. – Ты залез в… Это же секретно! С моего компьютера. О-о, нет.

Шерлок же в тот момент с трудом удерживался от двух желаний одновременно.

Повернуться и попросить Джона немного отойти.

И повернуться и схватить Джона за рубашку, притянуть к себе и узнать, есть ли вкус у припухших губ.

Вместо этого он сосредоточился на мелькающих строчках.

— Стоп. А вот кое-что любопытное.

— Слышать ничего не хочу. Сначала повестка в суд за рисование на стенах, теперь что? Обвинение в шпионаже? — Джон договаривал уже стоя на пороге.

— Погоди. Вернись. Взгляни-ка.

Шерлок ждал. Даже не поворачивая головы, он знал, что Джон сейчас вздохнет, потрет переносицу, поднимет подбородок и вернется в комнату.

— Ну?

— Алекс Харт, двадцать два года, смерть от передозировки кокаина.

— И что тебя привлекло? Здесь написано, что он работал моделью. В этом бизнесе каждый второй принимает наркотики.

— Ты представляешь себе, Джон, какой должна быть доза кокаина, чтобы сердце встало? А теперь посмотри на содержание в крови. От этого он бы даже не взбодрился.

— У тебя подозрительно обширные знания о дозировке.

Шерлок поднял на Джона глаза. «Я не хочу это обсуждать» — «Я искренне надеюсь, что ты не такой идиот».

— Индивидуальные особенности организма. Может, у него были слабые сосуды. Или хроническая болезнь сердца.

— Люди с хроническим заболеванием обычно знают о нем и стараются не усугублять. Маловероятно, что это могло быть самоубийством.

— Почему?

— Он не оставил посмертной записки, а для спонтанного акта как правило выбираются более радикальные способы.

— Или это была просто случайность.

— Или не была. Не узнаем, пока не осмотрим тело и квартиру убитого.

— Погибшего.

— Дело вел Лестрейд, и сегодня он сдал его в архив как закрытое. Настало время написать инспектору. Одевайся, Джон.

— Шерлок, на улице ночь! Ты не можешь подождать до утра?

— Утром тела уже не будет в морге.

«До утра я сойду с ума, от скуки, бессонницы или от тебя», — Шерлок на бегу схватил с каминной доски пачку с пластырями, сдернул с вешалки пальто и сбежал вниз по ступенькам.

Даже если этот несчастный Алекс окажется слабоумным идиотом, решившим не отставать от друзей в их гонке с белой лошадью, этой ночью Шерлок рассчитывал повеселиться.

_________________________________________________

*Святый Боже, помилуй нас.


Глава Вторая

Вечером пятницы Лондон трясло в световом угаре рекламных огней, неоновых вывесок над барами, клубами, круглосуточными торговыми центрами. Машин, кажется, было ещё больше чем днем, людей — совершенно точно больше, словно выползли все те, кто неделю ждал этого момента по офисам и кабинетам. До убийственного понедельника оставалось целых двое суток, и, повинуясь тысячам полных лун фонарей, люди превращались, стекались в яркие стаи. Джон смотрел на разноцветную размытую толпу, проносящуюся за стеклом. Его тоже потряхивало, но дело было не в пятничной лихорадке, хотя несколько часов назад, рядом с Сарой, он тоже ощущал это чуть ли не предпраздничное настроение. Сейчас волоски у Джона на загривке вставали дыбом от того, что на соседнем сидении Шерлок, видимо, решил наэлектризовать сам воздух в такси своим нетерпением, предвкушением.

Джона беспокоил этот переизбыток энергии. Во-первых, его в принципе беспокоило все, происхождение чего он не мог понять. Как Шерлок физически был способен функционировать, да ещё и генерировать такое поле, знал, наверное, только его конструктор. Нет, чисто теоретически, Джону было известно, что его сосед — человек, но факты раз за разом утверждали обратное. Если бы не абсолютно человеческие глупости, которые иногда совершал Шерлок, Джон бы, пожалуй, всерьез задумался о реальности существования андроидов.

Во-вторых, была в этой возбужденности некоторая фатальность. То есть ещё большая, чем обычно. Как будто Шерлок ждал от этого случайного дела чего-то особенного.

Джону было тревожно.

И, черт возьми, это было хорошо. Странно и, скорее всего, совершенно ненормально, но хорошо. Лучшее ощущение за весь вечер.

Джон облизал губы. Боже. Только что он сравнил поездку с Шерлоком в морг с поцелуями Сары, и не в пользу последних. Да, ему не повредил бы ещё один психоаналитик.

Из такси они выскочили практически на ходу, как обычно. У Джона мелькнула мысль, что в Бартсе вряд ли обрадуются им в это время суток, но Шерлок уже успел свернуть в незаметный проход между домами и даже исчезнуть в туманной темноте. Только он мог найти в сверкающем Лондоне туманную темноту, но Уотсона это уже давно не удивляло.

Они петляли по узким переулкам, поскальзываясь на подмерзших к ночи лужах и, судя по всему, удаляясь от госпиталя. Джон не жаловался и уже не думал. Он почти бежал, чтобы поспеть за тенью, которая скользила впереди, на шаг, на полшага, обдавая его клубами тумана и своего дыхания. Преследование всегда завораживало его, сам процесс, ему нравился процесс движения без конца и без начала, без цели, просто вслед за. К сожалению, все пути, все узкие улицы имели свойство куда-нибудь приводить. К счастью, Шерлок обычно тут же находил новые дороги, по которым нужно было бежать. Находил без всяких усилий, словно у него под ногами постоянно был перекресток, а в руках стартовый флажок. Вот как сегодня, когда от нечего делать он взломал базу данных с конфиденциальными материалами. А до этого наверняка опять достал Анжело, раз тот даже прислал ужин им домой. Если бы Шерлок не был таким гордым придурком, то мог бы его попробовать, а теперь курица под соусом нашла свое пристанище в холодильнике миссис Хадсон. Впрочем, не только Шерлок был придурком. Джон не хотел знать, почему каждый раз на их свидании с Сарой незримо присутствует третий. Он не был готов.

Он просто следовал, не думая, и это было хорошо.

— Давай, Джон, мы почти на месте.

К этому времени они подошли к обшарпанному флигелю и незаметно проскользнули в приоткрытую дверь. Внутри было темно, пахло пылью и… карболкой?

— Что это за?.. — начал Уотсон.

— Т-с-с… я не уверен, что охранника сегодня нет. Хотя обычно перед выходными он… – Шерлок неопределенно махнул рукой, — менее бдителен, если такое возможно.

— Просвети хотя бы, где мы?

— Это старый вход. Им редко пользуются, в основном только прозекторы и студенты. Ты не знал о нем? — В темноте можно было различить, как темная фигура склонилась над замочной скважиной.

— Я бы не спрашивал, — сердито буркнул Джон, озираясь и оценивая вероятность появления гипотетического охранника.

Что-то хрустнуло, и замерший было Уотсон с долей ехидства понял, что Шерлок сломал отмычку.

— К чему такие трудности?

— Есть более дельные предложения? — Звякнула вторая отмычка. — У Молли на этой неделе нет дежурств, Майк на конференции в Эдинбурге, а пропуск у меня в прошлый раз… хм. Забрали.

— У тебя был пропуск?

— Не совсем у меня, — протянул Шерлок, поднимаясь с колен и толкая дверь, — точнее, не совсем мой. Теперь не важно, его все равно нет.

За дверью оказались ступеньки. Джон немного нервно усмехнулся.

— Что? Что-то не так?

— Нет, ничего. Мы на ночь глядя пробираемся в морг подземным ходом. Все полностью нормально.

Свет, естественно, не горел. Наверное, включался он исключительно со стороны морга, и только теми самыми прозекторами и студентами, которые знали, где выключатель и не забывали о нем.

Шерлок вытащил из пальто фонарик. Джон достал такой же из кармана куртки. Казалось бы, ничего особенного, кроме того, что в последнее время Джон не выходил из дома без фонарика. И без пистолета. И без мысли о том, что он не знает, что с ним сегодня произойдет, но сам факт присутствия событий в его жизни отныне непреложен.

Запах карболки усиливался, отчетливо запахло формалином, и в воздухе появились те неповторимые миазмы, которые можно уловить только в морге. Едва заметные, они мгновенно заставляли всплывать в памяти выложенные кафелем стены, тускло поблескивающий стол.

Холодные лучи прыгали по коридору, освещая не так уж много. Однако проходом действительно пользовались регулярно, так что, несмотря на пыль и застоявшийся воздух, он не был завален никаким мусором, чего в глубине души опасался Джон.

Со второй дверью проблем не возникло. Она оказалась не заперта, и за ней было слышно бормотание работающего телевизора, какой-то тихий хруст. Джон остановился, в отличие от Шерлока, который уверенно повернул ручку.

За порогом, в небольшой комнате для персонала обнаружился источник хруста. Положив ноги на стол, заваленный бланками, сидел молодой человек в белом халате. И жевал чипсы, заедая ими пятничное ток-шоу. Увидев Шерлока, он едва не свалился со стула.

— Ты! — вскочил он и обвиняюще уставил на Холмса указательный палец. Будь это пистолет, у них явно появился бы новый повод для беспокойства.

— Джек, — спокойно кивнул Шерлок и как ни в чем не бывало пошел к противоположному выходу.

— А ну стой, — парень, задевая углы, рванул к двери, преграждая путь. — Куда собрался? Ты реально больной, если думаешь, что я тебя пропущу.

— Я не думаю. — Шерлок был чуть выше и гораздо спокойнее этого Джека, который почти подпрыгивал от негодования. — Я знаю.

— Ты спер мой пропуск!

Джон со смешанным чувством любопытства и неловкости в очередной раз наблюдал сценку «Холмс и остальной мир». Темноволосый и бледный Джек не мог не догадываться, почему именно он стал жертвой так называемого ограбления.

— Мне нужно осмотреть тело, — заметил Шерлок. Белый халат, покрытый крошками от чипсов, почти касался полы черного пальто. Джон знал, как Шерлок относится к личному пространству, и не понимал, почему он не отходит.

— А мне нужны документы, со всеми подписями и печатями. Без официального разрешения вход запрещен, — сквозь зубы процедил Джек, продолжая сверлить Шерлока глазами.

И тут произошло нечто невообразимое. Мельком глянув в сторону Джона, Шерлок склонился к Джеку и прошептал тому что-то на ухо. Это было настолько неожиданно, невозможно в известной Уотсону вселенной, что каждое движение замедлилось, словно прорываясь сквозь ткань реальности.

Конечно, Джон видел, как Шерлок в пылу размышлений подскакивает к другим людям, размахивает руками, бросает аргументы в лицо, но сейчас…

— Джон, ты идешь?

Уотсон чуть не отшатнулся: Шерлок слишком быстро обернулся, переключил внимание на него, так что в его глазах ещё осталось что-то… Что-то очень холодное, неприятное. Джон моргнул и шагнул вперед.

На несколько отвратительно длинных мгновений он остался в комнате наедине с Джеком, который, кажется, побледнел ещё сильнее. Когда Джон проходил мимо, фальшивые аплодисменты в телевизоре заставили обоих едва заметно вздрогнуть.

— Ему самое место там. Среди трупов, — тихо, но отчетливо произнес парень. Его рот скривился в оскале то ли ярости, то ли отвращения.

Уотсон предпочел никак не комментировать это заявление, опасаясь, впрочем, что с темпами Шерлока располагать к себе людей, слова Джека стоит рассматривать как угрозу.

Очевидно, последняя мысль отразилась у Джона на лице, потому что в ответ раздался полуистеричный, гадкий в своей театральности смешок:

— Нет. Он же сам ходячая смерть. Костлявая тварь на двух ногах.

Снова захлопали, и Джек рассмеялся сильнее, во весь голос. Под этот сумасшедший аккомпанемент Джон вышел из комнаты. Шерлока уже нигде не было видно, но в конце коридора, над двойной дверью висела табличка с недвусмысленной надписью «Морг».

В секционной было стерильно и пусто. На шкафчике с инструментами стояла губная помада. Боже, да Молли могла напугать сильнее, чем все трупы вместе взятые, даже если бы они вдруг ожили и вылезли из ячеек.

Кстати о ячейках. В соседнем помещении послышался скрежет металла, затем шорох пластика.

Войдя туда, Уотсон увидел ещё одну стандартную картину: Шерлок, склонившийся над телом. Джон в который раз подумал, что живет в окружении самого странного паноптикума, который когда-либо мог себе представить. Более того, он стал его частью и испытывает по этому поводу неуместную и, скорее всего, не совсем нормальную гордость.

Скупые движения завораживали. Конечно, ведь работа любого профессионала имеет свойство притягивать внимание. Только поэтому Джон так пристально следил за тем, как Шерлок осматривает ногти погибшего, поднимается вдоль вен на запястьях и выше, сквозь лупу разглядывает лицо, корни волос, почти скользит, не останавливается, переливается из одной точки в другую, словно исполняет ритуальный танец, и его зрачки пляшут все быстрее, мечутся от одной детали к другой.

В морге было прохладно, и Джон почувствовал озноб, и как мурашки разбегаются от позвоночника по всему телу. И на белых стенах, на всех стенах и на потолке губы Шерлока шептали, почти касаясь чужого уха, и пар вырывался из этих губ и превращался в туман, заполняя собой все мысли, меньше чем на долю секунды, ровно на столько, сколько импульс бежит по нерву, прежде чем отдать команду и вбросить в кровь адреналин. Джон стоял, окруженный холодильниками с мертвецами, смотрел на своего чокнутого соседа и думал, что не знает, как будет жить дальше, если это когда-нибудь закончится.

— Что ты ему сказал? — Уотсон смог выдохнуть, сжимая в кулак абсолютно спокойную левую руку и стараясь выглядеть непринужденно.

— Хм-м, — Шерлоку не хотелось, чтобы его отрывали от осмотра. — Однажды я помог ему в одном деле… — Видимо, удовлетворившись результатами, он все же отошел от трупа и начала рыться в картотеке, где хранилась информация о поступивших в морг. — Пришлось напомнить.

Джон вовсе не был уверен, что хочет знать, напоминание о какого рода помощи может привести человека в такое злобное настроение.

— Вот. — От размышлений Джона отвлекла летящая через комнату папка и слабый взмах руки в сторону тела. — Что скажешь?

Никто не любит, когда из него делают идиота, и Уотсон не был исключением.

— Тебе это нравится, да? Тебе определенно это нравится, — заметил Джон, тем не менее, пролистывая записи. — Доктор Уотсон и его неверные выводы. Что может быть веселее.

— Мне действительно важно твое мнение. — Чертовы глаза. Догадайся Шерлок посмотреть так на Донован, та бы никогда больше не назвала его фриком.

— Хорошо, — Джон сделал глубокий вдох и попытался сосредоточиться на деле. — Молодой парень без патологий, врожденными и хроническими болезнями сердца не страдал, собственно, был вполне здоров на момент смерти, к проблемам с самочувствием относилось только легкое истощение и, разумеется, доза кокаина в организме.

Закрыв папку, Джон поглядел на Шерлока, который уткнулся в телефон и, казалось, совершенно не слушал.

— Скорее всего… — Уотсон покачал головой и подошел к трупу, — употреблял наркотики и раньше, заработал психологическую зависимость, тут написано, что у него было несколько нервных срывов и частые депрессии. Бросил, снова сорвался и не рассчитал дозу. Никакой тайны. Ничего. Шерлок?

— Нет.

— Что «нет»?

— Он не был наркоманом. И…
В этот момент раздались шаги, даже издали звучавшие раздраженно, хлопнула дверь, и в морг вошел инспектор Лестрейд. Остановившись, он последовательно оглядел тело, Джона, и, наконец, повернулся к Шерлоку.

— У всего есть границы. Даже у моего терпения. Особенно, когда меня после дежурства вызывают на работу со словами «у нас утечка информации, база данных взломана». А через десять минут приходит смс.

Инспектор стоял, засунув руки в карманы и наклонив голову. Джону была знакома эта поза, рано или поздно все люди, окружавшие Шерлока, попадали в подобную ситуацию, доведенные до белого каления и готовые перейти от слов к действиям.

— «Дело Харта. Неверно. Нужен осмотр. ШХ». Я могу арестовать тебя. Слышишь? Более того, мой долг обязывает меня арестовать тебя, и видит Бог, я сделаю это с радостью.

Шерлок прекратил печатать.

— Харт не был наркоманом, и это не было передозировкой или индивидуальной реакцией организма на препарат, — продолжил Шерлок, не обращая на Лестрейда внимания. — У него начиналась очередная депрессия: проблемы с финансами и в личной жизни. Харт пошел в клуб, где всю ночь пытался выбросить из головы свои неурядицы. Утром ему предсказуемо стало ещё хуже, как физически, так и психологически. Алкоголь больше не помогал, и он решил попробовать что-нибудь другое, что оказалось у него недавно и, может быть, даже случайно. Если до этого он и принимал кокаин, то всегда с кем-то, кто знал дозировку. Несмотря на угнетенное состояние, умереть он не хотел, поэтому вдохнул совсем немного, меньше двадцати миллиграмм, я думаю. И все же, вот его труп. Что-то не так с самим наркотиком. Мне нужно осмотреть квартиру, и провести анализ порошка.

Два вдоха. В этот раз Джон считал.

— Даже не надейся. Нет, — Лестрейд выставил вперед обе ладони. — Дело закрыто, сдано в архив, тело завтра заберут, а ты… Ты отправишься домой, и я конфискую все ноутбуки и компьютеры в квартире.

— Брось, ты же видишь, тут что-то не так. — Шерлок сорвался с места. Иногда Джон думал, что может слышать мелодию, как в той игре, где нужно замирать, когда музыка выключается. Жалкие отголоски того, что звучит в голове Шерлока, Джон не представлял, как можно было вынести полноценное звучание и не сойти с ума. — Я не прошу невозможного, Лестрейд. Десять минут в лаборатории, в твоем присутствии, черт возьми, это просто смешно! После стольких лет…

— Дело закрыто, — устало повторил инспектор. — И не будет никакого расследования.

Шерлок был вне себя, словно они с Лестрейдом поменялись ролями.

— Ты не можешь! — Кулак с размаху влетел в металлическую дверцу крайней ячейки. Это было так похоже на детские капризы, и в то же время гораздо ужаснее. Джон, не задумываясь, перехватил Шерлока, надвигающегося на инспектора.

— Дай я… — Он взял в руки окровавленную кисть. Со сбитых костяшек капало на пол: все, что делал Шерлок, он делал в полную силу. — Просто слов нет. Надо же было…

— Что ты творишь? — странным голосом спросил Шерлок, замирая, словно боясь пошевелиться.

— Нужно обработать.

— Нет. Все в порядке. — Шерлок мягко вывернулся.

— Ну что за ребячество?! — Джон начал сомневаться, не попал ли он в какой-нибудь другой мир, где все шло наперекосяк. Неужели какой-то недотепа из морга мог практически вплотную стоять к Шерлоку, а ему — врачу, между прочим, — нельзя даже осмотреть ссадины?

Лестрейд разглядывал красные кляксы на белом кафеле.

— Я не хотел. Не это имел в виду, — он вздохнул. — Мы не обнаружили ни следа порошка в квартире умершего.

— Не может быть, — Шерлок забыл и про руку и про ярость. — У него явно было больше, чем он принял, и не так много опыта, чтобы догадаться самому избавиться от остатков. Джон, едем к Харту домой.

— Нет, не едете, — возразил инспектор.

— Тогда арестуй меня. И посади в камеру, если тебе не хватило прошлого раза, — нетерпеливо ответил Шерлок, задвигая тело обратно в холодильник.

Лестрейд промолчал, на лбу у него залегла глубокая складка. Джон кивнул инспектору, выходя прочь, когда Шерлок обернулся и добавил:

— И извлеки дело из архива. Как только появятся новости, я сообщу.

***

В такси первые две минуты царило напряженное молчание. То есть оно было напряженным только для Джона, потому что гениальный детектив успел с головой погрузиться в размышления. В конце концов, Уотсон постучал в пластиковую перегородку:

— Простите, у вас есть аптечка?

— Конечно, держите, сэр.

Плеснув перекиси на бинт, Джон повернулся к Шерлоку. Тот сидел, прислонившись к стеклу, нахмурив брови и водил костяшкой указательного пальца по нижней губе. Иногда Джону хотелось, чтобы его сосед хоть отчасти был обычным человеком. Просто представителем человеческого вида, о нормальности речи давно не шло. Потому что маскироваться у него получалось отвратительно. Как, как можно было настолько задуматься, чтобы не чувствовать…

— Шерлок, — позвал Джон. — Твоя рука.

— Это неважно.

— Хм, да? Ну, тогда ты не будешь возражать.

И Джон сжал запястье …

святые угодники, там что, только кость?

… и отвел его от лица Шерлока, от его губ, перепачканных кровью. Придвинулся ближе и облизнул собственные пересохшие губы. В серых глазах метнулось непонимание, отчего-то очень близкое к панике.

— Джон.

— Ты похож на недокормленного слабоумного вампира, — Джон смотрел на алые следы, он был врачом, военным врачом и чего он действительно навидался в жизни, так это крови. Но никогда раньше она не выглядела так, что ее хотелось попробовать на вкус. Или, может быть не её.

— На слабоумного? — тут же переспросил Шерлок, забыв на секунду про собственную растерянность, но тут рука Джона, сжимающая бинт, прикоснулась к его губам.

— А, то есть, остальное ты не отрицаешь? Тихо. — Уотсон не был трусом, честное слово, он доказывал это не раз, но он боялся поймать взгляд Шерлока. Он слышал хриплое дыхание, разрывающее тишину, и понятия не имел, чье оно. Наверное, его, потому что чужое дыхание он бы не только услышал, но и ощутил. Теплое прикосновение влажного воздуха к сведенным пальцам. Джон едва не охнул. Никогда, никогда больше, черт… — А чем ещё можно объяснить эти выходки? Ты в принципе не любишь стены, да? То стреляешь в них, то бьешь.

Последний раз проведя по уже чистой коже, Уотсон пересел обратно, может быть, слишком поспешно, но ему было все равно, как это выглядело. Теперь осталось только продезинфицировать руку, пока Шерлок не опомнился. Перекись тихо зашипела. Джон пересилил себя и поднял голову, чтобы посмотреть в светлые-светлые глаза.

И не увидеть в них ничего.

Абсолютное безразличие. Вежливое и дьявольски холодное.

Он же сам ходячая смерть.

— Так что там с Хартом? — Джон с трудом вытолкнул слова, пораженный этой серой пустотой. — Финансовые проблемы? Клуб?

Шерлок отвел взгляд, моргнул, за мгновенье вернув себе привычный образ.

— На тыльной стороне его ладони виднелась полустершаяся печать, в Лондоне есть места, где фэйсконтроль пользуется таким способом отслеживания клиентов. Я просмотрел основные сплетни в сети, судя по всему, спрос на тип внешности Харта упал. Последние полгода ему не везло с контрактами. А в желтой прессе пишут, что Харта и его партнера видели ссорящимися в аэропорту.

— Ты читаешь желтую прессу? — не смог удержаться Джон. Шерлок поморщился:

— Только когда это необходимо для дела. Итак, трудности с работой и не только. В результате — новая депрессия, о чем свидетельствуют ранки на губах — он неосознанно кусал их, как и ногти, крайне неразумное поведение для человека, чей главный инструмент — внешность. Плюс несколько царапин на бедре, он сам себя резал, причём, судя по шрамам, имел склонность к подобным проявлениям невроза. Дальнейшие выводы можно будет сделать после того, как мы… О, кажется приехали.

Шерлок сунул таксисту деньги и выскочил из машины. Джону в лицо хлынул холодный ночной воздух, дыхание перехватило. Он сжал в кулаке порозовевший бинт и вышел следом.

Квартира-студия оказалась не слишком большой, полной современного неопрятного шика хайтековского сарая. Незаправленная постель — первое, что бросалось в глаза, полупрозрачная перегородка между кухней и основной комнатой, кругом беспорядок, не тот уютный, который бывает в обжитых домах, а хаос, привнесенный посторонними людьми.

— Вечно эти криминалисты, как стадо баранов, — пробормотал Шерлок, заглядывая в ванную. — Джон, посмотри рядом с кроватью.

Уотсон, проглотив логичный вопрос, что именно посмотреть, потому как на него последовал бы не менее логичный ответ «что-нибудь», подошел к постели. Одеяло свешивалось на пол, вокруг ножки кровати обвились джинсы, на прикроватной тумбочке в куче валялись наушники, часы, какие-то скомканные листы. В стороне стоял пузырек аспирина без крышки. Между тумбочкой и кроватью компанию ему составляла незакрытая бутылка виски.

— Отличный способ лечения головной боли на утро. Алкоголь, таблетки и наркотики, — заметил Джон, проверяя ящики комода.

Шерлок, склонившийся над стеклянным кофейным столиком, ухмыльнулся.

— Как раз наркотиков здесь нет. Ни следа, словно кто-то специально оттер с поверхности все, даже отпечатки паль… — он застыл, стоя на коленях, с лупой в руках. Потом вскочил и ринулся в гардероб. Послышался шум, торжествующий возглас, и Шерлок вновь появился в комнате, сжимая в руках сумку, издали вполне смахивающую на женский ридикюль. На бледном лице сияло победное выражение, словно эта сумка только что досталась Шерлоку в честном бою на какой-нибудь крупной рождественской распродаже.

Джон сжал губы. Джон возвел глаза к потолку и постарался подумать о чем-нибудь очень грустном. Например, о том, что они в квартире покойника, и хохот, рвущийся наружу, будет здесь совершенно неуместен.

— Кто-то побывал в квартире раньше полиции!

— С чего ты взял?

— Это очевидно. Кто-то очень не хотел, чтобы наркотики были обнаружены, поэтому пришел сюда, уничтожил все улики, забрал с собой остатки порошка. — Шерлок потряс сумкой: — Причем они знали, где искать: там, в гардеробе, не так уж много сумок со вспоротой подкладкой. Откуда…

Шерлок отшвырнул ридикюль в сторону, и присел на край кровати, сложив руки, ладонь к ладони.

— Джон. С утра надо будет наведаться в агентство, где работал Харт: поговоришь с его коллегами, выяснишь, с кем он общался, не вел ли себя странно в последнее время. А я пока познакомлюсь с его бывшим партнером.

Уотсон нахмурился.

— Ведь это он обнаружил тело, так?

— Да.

— Значит, именно он мог заметать тут следы?

— Естественно. Поэтому я и хочу с ним поговорить.

— Шерлок, нет. Ты тащишь меня в морг, потом в пустую квартиру, а теперь, собираясь к потенциальному преступнику, предлагаешь мне съездить к моделям? Ты издеваешься?

— Со мной ничего не случится.

— В прошлый раз тебя чуть не задушили.

— А тебя — чуть не застрелили. Причем я всего на секунду оставил вас в нашей квартире.

— Не обсуждается. Мы идем туда вместе, или не идет никто.

Шерлок сердито выдохнул.

— Хорошо. Отлично. Будем терять время.

Почему любая победа с Шерлоком превращалась в полный провал? Джон улыбнулся уголком рта. В любом случае, последнее слово осталось за ним.


Глава Третья

«…стрит, 48». Карандаш покатился по столу и бесшумно упал куда-то в переплетение проводов и пыли. Наконец-то можно было щелкнуть выключателем и прекратить эту пытку воспаленных глаз чересчур ярким светом. По всем признакам выходило, что сегодня нужно было поспать хотя бы пару часов, но… Шерлок оперся о спинку стула и опустил голову. Под веки будто насыпали мелкое стеклянное крошево. Предрассветные сумерки сулили пришествие беспощадного в плане яркости солнца, пусть и скрытого облаками. В тишине что-то назойливо постукивало, Шерлок не мог понять, что… О. Он стиснул зубы и оставил в покое деревянную перекладину: тело сотрясалось в ознобе, и стул под его руками выбивал странный ритм.

Листок с адресом белел на столе, прижатый чашкой, хотя откуда в их гостиной взяться сквознякам? Он бы пришпилил лист ножом, приколотил бы гвоздями, вместе со всеми посторонними мыслями, лишь бы избавиться от них. Невозможно было выносить эту мешанину, и не за что было зацепиться, некуда выбраться из разноцветного течения, такого же яркого, как электрический свет в пять утра. Шерлок не мог разделить переплетение нитей, мыслей о деле и мыслей о Джоне, два часа сна помогли бы, но он не мог спать сейчас.

Он думал, будет весело, а вышло больно, как всегда. Он не рассчитал, глупец, самоуверенный идиот, и пришлось умирать, не по-настоящему, конечно же, вот только боль была до обидного реальной. В такси Шерлок почти всерьез подумывал открыть дверь и выйти: пятьдесят миль в час милосерднее пальцев Джона на его губах.

По полу расползался туман, скапливался в уголках глаз, там, на пределе человеческого зрения. Было тихо-тихо, предрассветно, это «тихо» снаружи так отличалось от того, что творилось внутри, и в то же время было так похоже. Что такое глупость? У неё очень простой рецепт: два зрачка стеклянного крошева, полпинты тумана, полтора кубика света внутривенно.

Шерлок подошел к окну, прижался к нему лбом и не почувствовал холода. Как и тогда в машине. Ничего. И озноб прошел. Стекло было гладким, как сухая вода, и пальцы скользили по нему. Пахло канифолью, протяжно и грустно, запах звучал между секундами, а потом пальцы наткнулись наконец на струны, чуть липкие, привычные. Шерлок выдохнул. Он хотел слышать их, ему нужно было услышать, но он не знал, где смычок, и Джон уже спал. Тогда Шерлок провел рукой по деке, поднимаясь выше, прикасаясь к грифу. И все закончилось, как будто он сам был скрипкой, и кто-то просто подкрутил колки, настраивая на нужный лад.

Открыв глаза, Шерлок, двигаясь бесшумно, вышел из квартиры и зашагал по улице. Главный подозреваемый жил в десяти минутах ходьбы от Бейкер-стрит.

Ещё десять минут пришлось потратить, ожидая, пока гудки домофона сменятся недовольным голосом:

— Шесть утра. Гребаных шесть утра. Это должно быть что-то очень важное.

— Алекс Харт, — Шерлок подумал, что надо было взять с собой пистолет. Хотя нет, тогда бы Джон точно его убил. — Достаточно важно?

— Поднимайтесь. – Голос мгновенно стал более сухим, нейтральным.

Первым, что бросилось в глаза, когда открылась дверь, были колени. Острые, даже костлявые, белые и абсолютно голые. Как и бедра, сиротливо прикрытые серой растянутой футболкой, размеров на семь больше, чем её обладатель.

На пороге стоял очень юный и очень раздетый молодой человек, прислонившись к косяку и умудряясь выглядеть так, словно это на Шерлоке было неприлично много одежды.

— Мистер…

— Майк, пожалуйста.

Уголок губ Шерлока непроизвольно дернулся вверх. Что-то ему это определенно напоминало…

— Шерлок.

— Вы из полиции? — Майк немного растягивал слова.

— Да, можно сказать, что я связан со Скотланд-Ярдом.

— Проходите. На кухню, я редко там бываю, поэтому там м-м-м… чисто.

Бросив пальто на столик для писем, на котором уже лежали черная шапка и шарф, Шерлок пошел следом за парнем.

Судя по походке, в детстве была травма голени, ничего серьезного, вероятнее всего, получена на катке, маленький шрам чуть выше щиколотки — шрам от лезвия. Шапка была влажной, а ботинки в углу — грязными, но запаха алкоголя Шерлок не почувствовал, значит, Майк пришел недавно, но не с вечеринки и не из бара. Ночь с пятницы на субботу, странно.

Ах, вот оно что. Фотография на стене, черно-белая, стилизованная под старину, Майк и Алекс, разумеется.

Видимо, почувствовав взгляд, парень повернулся.

Так оно и есть: глаза покрасневшие, темные круги. Человеческие эмоции, кто-то умирает от собственной глупости. Кто-то — в буквальном смысле.

— Почему вы так на меня смотрите? Я не экспонат, — фыркнул Майк и включил кофе-машину.

— Вы модель. Думал, это одно и то же, — Шерлок продолжал смотреть. Светлые рыжие волосы переливались металлическим блеском, как и всё остальное в этой современной кухне, на бледной коже веснушки проступали россыпью темных точек. — И вам нравится. Иначе вы бы не распрямляли плечи даже сейчас, не поворачивались более выгодным ракурсом. Это ваша работа. Ещё час назад вы бродили по улицам, не разбирая дороги, а сейчас снова готовы показывать себя.

Майк поднял брови.

— Так же, как и вы, — просто ответил он. — Кофе?

Шерлок покачал головой и ещё раз подумал о пистолете: люди, не уделяющие внимания его дедукции, вызывали у него подозрения.

— Зачем вы пришли к Харту в день его смерти?

Майк прислонился к столу, пока в чашку тонкой струйкой стекала черная жидкость.

— Мы… расстались две недели назад. И я все никак не мог выкроить время, чтобы забрать у него пару своих вещей. Работа, понимаете, все дела, — он белозубо улыбнулся, но улыбка так и не добралась до глаз. — А тут так совпало, выходной у обоих.

— Сколько было времени, когда вы вошли в квартиру?

— Около четырех.

— Дальше? Вы вошли…

Чашка наполнилась. Майк взял ее в руки и поднес к губам.

— Он лежал на полу. Я…

Пар, поднимавшийся над кофе, показался Шерлоку туманом.

...подбежал к нему, но Алекс уже не дышал. Я вызвал «скорую», они приехали быстро, ничего не смогли. Сказали, что это наркотики, что надо вызывать полицию. Я уже это рассказывал, все что…

— Кто может подтвердить, что вы пришли именно в четыре, а не раньше?

— Никто. Зачем раньше? Алекс сказал, что не может днем, у него важная встреча.

— Он не уточнял, с кем?

— Вообще-то... — Майк посмотрел на Шерлока поверх чашки. Шерлок в очередной раз подумал, что у этих глаз очень неправильный, крайне знакомый голубой оттенок. — Мы с Алексом расстались, если вы как-то пропустили этот факт мимо ушей. Мы не особо много разговаривали в последнее время. Да и он был не в настроении.

— У него были неприятности?

Майк замялся.

— Долги. Счета. Да, достаточно неприятные штуки. Сначала у него внезапно появилось много денег, но он же такой… Был таким импульсивным. Ранимым.

— Он часто принимал наркотики?

— Нет. Нет-нет. Он не был наркоманом, на самом деле не был. Травку — иногда, чарли — очень редко, говорил, что от него мало толку.

— Откуда у него появились деньги?

— Я не знаю.

— Разве?

— Вы ведь не из полиции.

Кофе кончился. Майк обошел стол и двинулся к Шерлоку. Он тоже был похож на скрипку, он тоже вгрызался звучанием своего взгляда куда-то в горло, тонкой чистой нотой.

Не дойдя одного шага, Майк снова улыбнулся.

— Но вам тоже нравится. Добиваться. Добираться до сути. Нам всем нравится рисоваться.

И нарочито медленно наклонился, открывая посудомоечную машину, чтобы запихнуть туда единственную чашку. Из широкого ворота футболки выпал кулон на шнурке. Черная эмаль скользнула по серой ткани.

Черная эмаль скользнула по мыслям Шерлока: такой кулон висел на шее Алекса, на фотографии в коридоре.

— Что это?

— Вам пора идти. — Интересно, эти веснушки, такие темные на бледном лице, какими они были на ощупь? Шерлок никогда не мог дать четкого определения слову «красота». У него и окружающих были очень разные, пугающе разные представления о том, что на самом деле красиво. Эта гладкая кожа, гладкая, как сухая вода, считалась ли она привлекательной?

— Ты забрал это из его квартиры. Может быть, ты ещё что-нибудь прихватил? Кокаин, например?

Парень выпрямился, и футболка съехала на плечо. Игра продолжалась, она просто не могла закончиться, на полпути между ложью и болью. Определение боли Шерлок знал, о да, очень хорошо.

— Это амулет. Уаджет, глаз Гора. — Майк спрятал кулон обратно. — Я взял только его. На память.

Недоказуемо.

Миллиарды, сонмы вероятностей, быстрый поток, слишком много «если».
Невозможно сделать вывод.. Когда нет фактов, когда есть только электрический свет и металлический блеск…


Шерлок растянул губы, напрягая мышцы лица.

Добиваться.

Если факты можно вытянуть только из-под этой гладкой кожи, он сделает это, в конце концов, люди глупы.

— Откуда у Алекса появились деньги?

— Я не знаю.

Шерлок глубоко вздохнул. Пахло кофе, канифолью, чем-то сладким от Майка. Яблоками? Под веками по-прежнему было стекло, на секунду там же мелькнула картинка: он впивается в тонкие ключицы, в костлявые бедра, прямо здесь, на посудомоечной машине. Заставляет смотреть себе в глаза.

— Я не из полиции. Я — консультирующий детектив. Алекс погиб не из-за передозировки. Наркотики пропали. Понимаешь, что это значит?

— Я не брал их!

Страшно тебе страшно тебе должно быть страшно и больно и холодно босыми ногами стоять на полу и чувствовать как я вскрываю тебя расковыриваю изнутри и снаружи потому что ты никто и ничего не значишь всего лишь инструмент могу взять тебя раздавить и пойти дальше

— Правда? Я должен поверить тебе на слово? Я не из полиции, но это не значит, что я не могу закрыть тебя в клетке. Никогда не бывал там? О-о-о, тебе понравится. Вонь и стены вокруг, и твои крики, их слышат, они все слышат, но никто не придет к тебе.

Воздух стал размытым.

Майк закусил губу.

— Подумай. Должно быть ещё какое-то звено.

Так было всегда. Они все ломались, рассыпались в крошево, и был один крошечный миг, похожий на вспышку, на треск льда, когда они поддавались. А потом снова становилось скучно. Или хуже, как сейчас.

Шерлоку было немного жаль Майка. Наверное, из-за оттенка глаз. Из-за дрожащих губ.

— В последнее время Алекс был сам не свой. Три месяца, четыре, не помню точно. Нервничал, закатывал истерики, замыкался в себе. За день до смерти чуть не сорвал показ. Устроил целое представление, все были в шоке, зеркало разбил. Даже Гарри достал. Ну, тот его вытащил на лестницу…

— Гарри?

— Гарри Гретхэм. Не слышал? За него все модельеры готовы перегрызться. Очень классный парикмахер, очень. Работает только с лучшими. И вот Гарри пришлось успокаивать Алекса, потому что либо так, либо седативы и прощай контракт. Они поговорили о чем-то, и всё. Гарри таких навидался, профессионал. Алекс притих, собрался. Бедный… он ведь был звездой, правда. Я не знаю. Он…

Шерлок подавил желание встряхнуть мальчишку.

— Думаю, он ввязался во что-то очень нехорошее, — наконец прошептал Майк. — Перевозка наркотиков, что-то в этом роде. Ему звонили, иногда. Иногда ночью, я слышал. Они шантажировали его. Сам бы он никогда, понимаешь? Он был хороший.

— Ты знаешь, кто ему звонил? Имя, он называл имя, или номер, что-нибудь?

— Нет, он думал, что я сплю. Он всегда так расстраивался после этих разговоров.

Глаза Майка блестели. В какой-то момент Шерлок решил, что тот все-таки заплачет, но слезы не пролились.

Его все ещё интересовали веснушки, назойливые и темные, кончики пальцев зудели от необходимости прикоснуться, и…

— У тебя жуткий взгляд, — заметил Майк. Он стоял всего в одном шаге и всё ещё пах яблоками. — Как будто ты хочешь знать, что у меня внутри, как будто я кукла.

Шерлок моргнул, прогоняя видение с посудомоечной машиной. Майк переступил с ноги на ногу.

На столике для писем, в кармане пальто, зазвонил телефон.

Свет из окна полоснул Шерлока по лицу, проникая в черепную коробку, и все стало вдруг четко и очень ярко, как будто кто-то крутанул контраст, крутанул колки, натягивая все струны.

Джон.

Он всегда просыпался вовремя.

— Мне надо идти, — Шерлок одновременно вызывал лифт, надевал пальто и завязывал шарф. В кармане продолжал надрываться телефон.

— До свидания, псих. — Дверь за Майком и двери лифта захлопнулись одновременно.

***

На улице уже было многолюдно, несмотря на рань, на субботнее утро, на то, что небо предсказуемо было чересчур ярким.

«Один пропущенный вызов», — сообщил экран телефона. И тут же звуковые терзания возобновились.

Принять.

Отклонить.

Шерлок, щурясь, нажал на кнопку.

Сосредоточиться.

— Джон, нужно чтобы в агентстве ты…

— Больной ублюдок.

Шерлок чуть не сшиб с ног проходившую мимо девушку.

— Я знаю.

— Нет, ты даже понятия не имеешь, — голос в телефоне был тих и отчетлив. Плохо, это было очень плохо. — Думаешь, ты, блядь, гребаный бессмертный король мира? Заявишься в квартиру с дырой от пули или от ножа, устроишься в кресле и раскроешь газету, как будто все в порядке. Потому что ты же можешь, ты же на всю голову, Шерлок, для тебя что преступник, что тарелка овсянки…

Я не хотел тебя будить

Оказывается, я больше не могу находиться с тобой рядом

Прости


Всё не то.

— Он не был похож на головореза.

Джон замолчал. Скрипнул зубами. Этого не было слышно, но Шерлок знал.

— Мне плевать. Серьезно. Он мог им оказаться. Вполне мог. А ты, самоуверенный, эгоистичный болван, пошел туда один. Боже, кому, зачем я это говорю, все просто просочится мимо твоих гениальных мозгов!

Шерлоку хотелось курить. Втянуть терпкий дым, пропустить его сквозь себя, выдохнуть жалкую мысль, что Джон сердился не просто потому что был хорошим человеком, который беспокоился о соседе.

Сосредоточиться.

— В чем дело, Джон? С каких пор опасности стали так волновать тебя?

— С тех пор, как ты ввязываешься в них в одиночку!

Повисла неловкая пауза. Оба застыли, Шерлок был уверен, он — посреди улицы, Джон — посреди гостиной, где расхаживал от камина к дивану.

Он злился, потому что не подвергся потенциальной угрозе. Это естественно. Он был обижен. Других причин быть не могло.

Не могло?

Шерлок первым прервал молчание.

— Адрес на столе. План немного изменился. Я сейчас… — О, черт, что он сейчас? — Поеду в лабораторию, кое-что проверить, а ты раздобудь личные дела всех преуспевающих конкурентов Харта, думаю, они должны быть гражданами Великобритании, довольно известными в тех кругах. Поговори с хозяйкой агентства, у нее наверняка есть списки контактов и перемещений через границу ее моделей, за последние четыре месяца.

— Постараюсь, — уже более нормальным тоном ответил Джон. — Что тебе удалось выяснить?

— Думаю, Харт занимался перевозкой наркотиков, и не только он. В день смерти у него была назначена какая-то очень важная встреча. И вот его находят мертвым, а наркотики таинственным образом испаряются из квартиры. Странное совпадение, не правда ли? Майк утверждает, что Харта шантажировали и заставляли заниматься контрабандой.

— И ты веришь словам этого Майка? — Скепсис просачивался сквозь динамики.

Шерлок вспомнил треск ломающегося льда.

— Я похож на идиота? Не отвечай. Нет, конечно. Но мы должны рассмотреть все варианты.

— А если… — Кажется, Джон окончательно успокоился. — Если не было никакого кокаина? Может, Майк… не знаю, отравил его? Существует группа ядов на основе бензоилэкгонина, судмедэксперты не заметили бы разницы, потому и доза такая маленькая, Шерлок, все сходится! Бывший любовник, у Майка полно возможных мотивов, и он просто сбивает нас со следа разговорами о порошке и перевозке.

С неба посыпалось что-то мелкое, то ли морось, то ли жиденький, тут же тающий снег. Порошок. Он приятно холодил разгоряченные щеки. Что такое, у него горели щеки, почему? Шерлока снова сотрясал озноб, и он улыбался, наверное, люди пугались, они обходили его, и это было хорошо.

Джона…

Не его Джона, но все же

… нельзя было назвать гением, и это тоже было хорошо, потому что иначе он смог бы понять Шерлока, разгадать его.

— Вспомни про сумку. Про уничтоженные отпечатки пальцев на кофейном столике.

Шерлок буквально видел, как рассыпается гипотеза в чужих мыслях. О, как же хорошо, что Джон не знал, как кошмарен бывает поток. Прекрасен и кошмарен. Как он звучит. Как мучительно сладко выстраивать его в параллельные струны.

— Но он все равно может быть замешан. Все факты говорят против него.

— Я же сказал, надо рассмотреть все варианты. Адрес. На столе. Давай, Джон, быстрее. Я буду ждать тебя в три у Анжело.

Повернув за угол, Шерлок скользнул в привычно незапертую дверь, не обращая внимания на красные буквы «закрыто». Стулья были подняты и перевернуты, пол влажно поблескивал. Бокалы, висящие над барной стойкой, тихонько звякали, когда на глубине проезжали вагоны метро. Позже этого не будет слышно за музыкой и гомоном посетителей. Но пока…

Шерлок сорвал шарф, почти задыхаясь, добрался до столика в самом углу, до перекрестья густых теней и запаха полироли для мебели. Он не собирался в лабораторию, и тем более не собирался в агентство. Просто небольшой перерыв.

Тяжело никогда не останавливаться.

В почтовом ящике болталось несколько новых писем от очередных недоумков, которые не видели ничего дальше собственного носа. Удалить. Не сейчас. Никогда.

Новостная лента, спасибо Джону. Шерлок до сих пор плохо понимал, зачем ему эта глупость. На самом деле, было забавно, Джон чуть не уронил ноутбук, услышав, что Шерлок понятия не имеет о мировом экономическом кризисе. Тогда его чуть ли не насильно подписали на новости, и теперь на экране коммуникатора исправно мелькали сообщения о каких-то международных законопроектах, глобализации, антиглобалистах и прочей ерунде. Абсурд происходящего в мире вызывал глухое раздражение. Шерлок закрыл страницу и оглянулся, услышав шаги.

— Mio poveri ragazzo!* Выглядишь отвратительно, белый, как смерть. И уже не дома в такую рань, что случилось?

Сведенные от напряжения мышцы начали расслабляться. Здесь было единственное на данный момент место, где Шерлок мог почувствовать себя… спокойно. И ему чертовски повезло, что Анжело обладал неиссякаемым терпением.

— Новое дело. Обнаружилось, м-м-м.. внезапно.

— Всё бегаешь, бегаешь, Шерлок. Смотри, как бы не оказалось, что по кругу. — Анжело расправил фартук и подмигнул: — Я как раз проверяю продукты на кухне, как насчет завтрака? Frittata**, бриош, мигом принесу.

— Не надо. Только кофе, если можно, покрепче. Лучше кофейник.

Анжело кивнул, посмотрев, правда, очень неодобрительно.

— Momento.

Бокалы тихо звякали. За стеной местный поваренок напевал что-то по-итальянски. Шерлок вновь взял в руки телефон.

«Допроси ещё раз бывшего партнера Харта. Установи за ним наблюдение, или задержи. Алиби нет. ШХ»

Бедный Майк. Такой глупый, что сдал сам себя, заговорив о наркотиках? Такой умный, что надеется перехитрить Шерлока?

Вспышка перед глазами, треск льда. Коленки, веснушки. Интересно… нет. Уже не интересно.

E le genti che passeranno
Mi diranno «Che bel fior!»


Бедный Майк. У него хорошо получалось играть поначалу. Пусть теперь займет инспектора. Лестрейду вовсе не обязательно знать, как на самом деле обстоят дела.

È questo il fiore del partigiano,
o bella, ciao! bella, ciao! bella, ciao, ciao, ciao!


Наконец-то тепло ощущалось в воздухе, вокруг и внутри, и можно было снять пиджак и закатать рукава, привычно, как дома, и закрыть глаза, на секунду. Пока это возможно.

È questo il fiore del partigiano
morto per la libertà!
***

Когда Анжело принес кофе, Шерлок уже крепко спал, почти лежа на столе и уткнувшись лицом в сгиб локтя.

_____________________________________________

* Мой бедный мальчик!

** Яичница

*** Пройдет прохожий, цветок увидит
«Какая, — скажет, — красота!»

Цветок же этот — кровь партизана
О, белла чао, белла чао, белла чао, чао, чао!

Цветок же этот — кровь партизана
Что за свободу храбро пал!

«Прощай, красавица!» песня итальянских партизан.

@темы: авторский фик, Шерлок ВВС

Комментарии
2011-01-06 в 23:00 

Red_TABUretka
человек в железной каске
Глава Четвертая

— Приведешь их ко входу номер восемь.

— Да без проблем, но ты уверен, что он настолько хорош?

— Он больше, чем хорош. Все-таки кровь, сам понимаешь.

— Не напоминай.

— Вот уж точно. В любом случае, он скоро догадается, будь наготове. Постарайся, чтобы он взял след от дома, так будет проще вести наблюдение.

— Мне обязательно заходить внутрь самому? Я имею в виду, дальше склада.

— Что, поджилки трясутся?

— Между прочим, у этой шавки острые зубы. И не тебе лезть прямо в конуру.

— Успокойся, ничего он не сделает, нет доказательств.

— Ха! Очень смешно. Это когда это ему требовались доказательства, чтобы вытянуть из человека кишки?

Силуэт в окне прекратил шагать из одного угла в другой и остановился, нервно шаря в ящике стола.

В телефонной трубке зашуршало, как будто кто-то нетерпеливо выдохнул.

— Прекращай свои бабские истерики. У нас все под контролем. Приведешь их ко входу, зайдешь и тут же выйдешь через заднюю дверь. Наша задача — обеспечить все условия для контакта. Они оба слишком подозрительные, чтобы просто разойтись.

— Надеюсь.

— До скорого.

Наконец в беспорядочном скоплении карандашей, пузырьков и тюбиков обнаружилась полураспотрошенная упаковка жевачки. Серебристые обертки одна за другой летели на пол, по мере того, как не в меру говорливый рот забивался резиновой мятой. Ну кто, кто тянул его за язык, зачем он согласился на эту авантюру? Денег захотел? Какие деньги, голубчик, тут бы сухим выйти. Как же все не вовремя и не к месту… Безмозглые куклы, сколько раз нужно повторить прописные истины, чтобы они осели в их пустых черепах? Да у него чуть сердце не выпрыгнуло, когда он увидел того идиота. Какой из него взломщик, матерь божья, если бы он знал, ах, если бы знал… Он никогда в жизни не забудет, как платком от Hermes оттирал следы порошка со стекла.

О, это все его блядская удача, вечно вертит задницей перед его лицом. Точно как Эмили. Маленькая мисс Помощница, надо бы свалить домой до того, как черти принесут сюда ее смазливую мордашку. Что он там ночью наплел? У него выходной. Да-да, правильно, и он проведет его дома. Вот и пусть посылает всех туда. Хоть это-то она в состоянии выполнить.

А он сейчас не будет, нет, не будет падать в кресло… Ну если только на секундочку. Пять часов перепроверки всех партий, переговоров, уловок, умасливания, да ещё эти громилы в униформе вокруг. Он не был создан для такой работы. В конце-то концов, у него все полки забиты наградами. А теперь вот ещё и это все… Остается только верить, что самоуверенный придурок догадается, где искать.

Фигура снова зашагала по кабинету. Задержалась на минуту у стены. В этот момент дверь тихонько приоткрылась. В неё, крадучись, вошел ещё один человек. Фигура вздрогнула, засуетилась не оборачиваясь.

— Эмили, это ты? Что так рано?

— Так получилось, — раздался мужской приглушенный шепот, и одновременно с этим в шею, чуть выше воротника футболки, вонзилась длинная игла. Фигура крутанулась вокруг своей оси, рот открылся в немом крике. Руки потянулись к горлу, и тут же безвольно упали. Да и бездыханное тело рухнуло бы на пол, если бы таинственный посетитель не подхватил его под мышки.

— Т-с-с, шуметь нам нельзя, — сообщил голос, усаживая труп в кресло. — Сейчас мы прогуляемся. Только записку оставим. Поиски ведь должны увенчаться успехом, правда же?

Труп предсказуемо не ответил.

В так и не задвинутый ящик лег вырванный из блокнота листок. Убийца довольно хмыкнул, подхватил свою холодеющую ношу и проворно выволок ее из комнаты.

В кабинете, впервые за долгую ночь, воцарились тишина и спокойствие.

***

Когда Джону было пятнадцать и его вовсю тянуло в пристройку над гаражом миссис Файнс, жизнь казалась ему очень несправедливой штукой. Потому что вместо пристройки, неумело скрученных косяков и несмелых взглядов на грудь Люси Файнс, просвечивающую через тонкую майку, Джону доставался лишь пятилетний кузен. Невыносимый, стоит заметить, в любое время суток.

Исключением были краткие часы его сна.

Глядя на Шерлока, Джон ощущал сильнейшее deja vu. Приоткрытые губы, подрагивающие ресницы, безвольно упавшая рука — ангел во плоти. Уотсон подавил желание поднять кипу папок, которую держал в охапке, и со всего маха опустить на дурную голову.

Вместо этого он просто бросил их на стол. Раздался громкий «хлоп!», от которого Шерлок моментально проснулся, а половина посетителей обернулась в их сторону. Джон вымученно улыбнулся, всем видом пытаясь показать, что все в порядке. Трудность заключалась в том, что вид его говорил об обратном.

— Почему ты… — Шерлок откашлялся. — Почему ты мокрый?

Джон поднял брови и закатил глаза. Придвинув к себе стул, он тяжело опустился на него, рассеяно потирая правое бедро.

— Кто из нас двоих считает себя гениальным? Давай, блесни. Почему? — Уотсон с сожалением отставил в сторону остывший кофейник.

— Судя по материалам, тебе удалось договориться с руководством агентства, что было бы очень проблематично, будь ты в таком виде, когда пришел туда. Значит, вымок ты на обратной дороге. Учитывая, что у тебя никогда нет с собой наличных, возможно, твоих средств не хватило на такси и тебе пришлось добираться сюда на общественном транспорте. От остановки до входа в ресторан около трехсот ярдов…

— И полмили от офиса «Look at me», — заметил Джон.

— …судя по всему, на улице сильный снегопад. Скорее даже — мокрый снег, и у тебя не оказалось с собой зонтика.

— Зонтика?! — Уотсон бросил попытки привлечь внимание официантов, те все как один обходили их столик по широкой дуге. — Зонтика?! Ты серьезно? Я что, похож на Майкрофта? Мне бы вообще не пришлось ехать на автобусах через весь город, если бы кое-кто не забрал с собой карточку. И если бы этот кое-кто не смылся из дома на рассвете в неизвестном направлении.

— Неправда, — запротестовал Шерлок, — ты знал, куда я пошел.

— О, — Джон провел ладонью по лицу, стирая последние капли. — Всё. Закрыли тему, пока я не… Всё. Пойду, поищу Анжело, мне нужен кофе. С виски. Или только виски.

Хозяин ресторана обнаружился за барной стойкой, точнее, под ней. Он вынырнул оттуда с внезапностью кукольного арлекина, заставив Джона вздрогнуть.

— А-а, синьор Уотсон, добрый день. Чем могу?

— Давно он тут? — поинтересовался Джон, вместо того чтобы попросить что-нибудь горячего.

Анжело принялся сосредоточенно прикручивать новый бочонок пива, только что извлеченный из недр бара.

— Это же Шерлок. Появляется незаметно, исчезает внезапно. А у меня тут… — он неопределенно махнул рукой, — столько клиентов. Не обратил внимания.

— Угу. Я понял. — Джон нахмурился ещё сильнее. Сегодня что, все сговорились вокруг? Тайны, недомолвки.

— Как поживает ваша синьорина?

Уотсон успел одуматься до того, как с его языка сорвался вопрос «кто-кто?»

— Эм-м… — замялся он. Они с Сарой ещё не созванивались сегодня. В общем-то, это было нормально. Было бы. Но он даже не вспоминал о ней. – Отлично. Да, все хорошо, просто замечательно. Э-э-э. Прекрасно.

— Рад за вас. — Анжело с подозрительным сочувствием глянул на Джона и поставил перед ним бокал с виски. — Выпейте, пока не простудились. Вы же доктор, в самом деле, мне ли вас учить! А кофе уже принесли свежий, да.

Промолчав о том, что с медицинской точки зрения алкоголь разве что поможет ему не сойти с ума в ближайшие сутки, Джон поблагодарил Анжело и отправился обратно за столик.

Кофе видно не было. Как, впрочем, и скатерти. Части бумаг места все-таки не хватило, и они лежали на полу. Люди не рисковали садиться за соседние столики, рассматривая Шерлока как местного сумасшедшего. Уотсон вздохнул. Засунув пятерню в растрепанные волосы, Шерлок не просто напоминал сумасшедшего, он и был им.

— Джон! Я знаю, кто занимался организацией перевозки. — Несколько листов с тихим шорохом спланировали на пол с колен Холмса, когда он вскочил. — Гарри Гретхэм.

Джон с сожалением поставил виски на синюю папку, и с ещё большим сожалением начал натягивать мокрую куртку.

— Ты ведь понимаешь, что мне ни о чем не говорит это имя?

Шерлок на секунду замер, озадаченно роясь в карманах пальто.

— Ах, ну да. Вот и карточка, что она делает в коробке из-под пластырей? Неважно. Мы едем в салон красоты.

— Куда?!

— В сал… Такси!

2011-01-06 в 23:01 

Red_TABUretka
человек в железной каске
Они еле-еле ползли в пробке, в хмуром киселе из слякоти, растаявшего снега и серых облаков. Джон старался прекратить стучать зубами, но обогреватель в машине не работал, а на просьбы включить его водитель-индус лишь огорченно пожимал плечами. В такие моменты раздражение и здравый смысл брали верх над желанием бежать, и Уотсон начинал задумывать, что он, собственно говоря, делает. Практически безработный, зверски замерзший, голодный, невыспавшийся, он будто застрял во временной петле в этом такси. Он не помнил толком ни дня за последние пару месяцев, чтобы он не трясся по лондонским улицам, преследуя сомнительные цели.

Джон повернулся к Шерлоку, и в этот момент такси выбралось из гудящего потока узкого проезда, вынырнуло на площадь. Свет хлынул в окна, заставляя зажмуриться на мгновение, так, чтобы перед внутренним взором осталось изображение некрасивого лица. Оно медленно таяло, как тает отпечаток солнечного диска, и Джон подумал, что однажды, если он забудется и будет смотреть слишком долго, оно так же выжжет ему глаза.

— …показалось странным такое совпадение. Но потом он всплыл в списке приглашенных на втором показе и в числе судей на двух конкурсах. Повторяется ещё несколько имен, но…

Шерлок прервался и недовольно нахмурился.

— Ты меня не слушаешь.

— Отвлекся, я… — Почему он вообще должен оправдываться? — Что ты там говорил?

— Во всех документах, которых ты привез, встречается упоминание об одном и том же парикмахере. То есть он контактировал со всеми известными и востребованными моделями в Великобритании и за её пределами, после чего у некоторых из них карьера резко пошла на спад. И в этом не было бы ничего подозрительного, если бы с утра Майк не упомянул о Гретхэме, успокаивающем Харта накануне смерти.

— И поэтому он — наркодилер? Тебе не кажется, что это очень поспешный вывод?

Шерлок улыбнулся с легким оттенком превосходства. Джон улыбнулся тоже, хотя не хотел, и ему тут было совсем не весело, но он знал, что на любого другого уже давно смотрели бы с презрением.

— Нет. Не кажется. Я думаю, что это очень разумная система. Связаться с крупным агентством, собрать информацию о моделях. Предложить им дополнительную работу на добровольных условиях или используя шантаж. Никто никогда не заподозрит, что персона, которая постоянно на виду, занимается таким бизнесом. А какие открываются возможности по созданию международной наркосети… Джон. Кажется, мы наткнулись на что-то очень крупное. Я сильно сомневаюсь, что Гретхэм работает в одиночку.

Уотсон только покачал головой. Стоило один раз попробовать, и уже не стать прежним. Ситуация подозрительно напоминала ему, что его зависимость ничем не лучше прочих. Он чувствовал, как азарт и предвкушение охоты поднимаются внутри. Рациональная часть его сознания, по-прежнему возмущающаяся промокшими ботинками и ребячеством Шерлока, утверждала, что он не должен ощущать такое возбуждение. Словно гончая, почуявшая след. Однако рациональность, размышления, сомнения — всё снова…

…и снова

…каждый раз


…исчезало, растворялось в том сиянии одержимости, что исходило от Шерлока.

Миниатюрная и сильно усовершенствованная благодаря достижениям современной медицины секретарша похлопала ресницами на очередное удостоверение Лестрейда и практически без вопросов пропустила их в кабинет мистера Гретхэма. Окно во всю стену делало кабинет неуютным, похожим на аквариум, стены неопределенно светлого оттенка были увешаны фотографиями знаменитостей и, очевидно, самого парикмахера. Пока Шерлок рассматривал очередной снимок величиной с премьерный постер, на котором диковато улыбался профессионально взъерошенный тощий актер, Джон решил проверить шкафы и стол. За серебристыми матовыми дверцами обнаружились ещё папки, в основном — отчеты и каталоги. В другом шкафу блестели небрежно расставленные кубки и статуэтки. Странно, хозяину кабинета явно было присуще тщеславие, отчего же он все эти награды не были на всеобщем обозрении?

— Потому что… — Джон скрипнул зубами, его иррационально раздражало, когда Шерлок угадывал мысли. — Он решил устроить внезапную перестановку не далее как вчера вечером. На некоторых их этих рамок ещё остались следы пластика, в который они были упакованы. Вон там, — указательный палец ткнул по направлению к противоположной стене, — висели открытые полки, на которых и были расставлены призы. Остались отверстия от шурупов. Если заглянуть в ближайший мусорный контейнер, можно увидеть эти полки. А проверив исходящие звонки — выяснить, что вчера сюда вызвали рабочих.

Джон уставился на Шерлока.

— Зачем? Звездная болезнь? Паранойя? Убрать одни свидетельства славы и повесить другие?

— Нет. — Лохматый улыбчивый тип с глухим стуком алюминиевой рамки отправился на пол. Под фотографией оказалась врезанная в стену железная дверца. — Кроме перестановки, Гретхэм вчера решил озаботиться и безопасностью своего имущества.

— Откуда ты знаешь, что именно вчера? — ворчливо спросил Джон, осматривая каждый ящик стола на предмет двойного дна и пролистывая документы.

Шерлок приложил ухо к дверце сейфа и теперь медленно крутил верньер.

— Квитанция, — ответил он, поморщившись. — На столе у секретарши, выглядывала из-под утренней почты квитанция на установку. Вся работа делалась впопыхах, о деталях явно не задумывались.

Дверца щелкнула и открылась.

— Осторожно, там может быть…

— Слишком трудоемкий способ убийства, тебе не кажется? — Шерлок уже вовсю копался в бумагах, хранившихся в сейфе. — Больше похоже на розыгрыш. Или на приманку. Как будто кто-то пытался состряпать правдоподобную историю, рассчитывал, что этот тайник найдут. О, любопытно.

Шерлок вытащил из дальнего угла потрепанную записную книжку.

— Тут шифр. Второе дело подряд и снова шифр, интересно, так… — Он подошел к окну, листая страницы. — На этот раз не такой уж сложный, думаю, что смогу взломать его… Оу. Джон. Джон! Здесь повторяющийся знак, буква, это же…

— Мориарти. — В самом верхнем ящике, поверх рассыпавшихся пластинок жвачки и прочей ерунды лежал белый лист с черным гербом: четыре пересекающихся сабли образовывали букву «М».

— Что? — Шерлок подскочил ближе, едва не спихнув Джона на пол с ручки кресла. — 9EBP, скл. 3, 14 порт. Прием в 20. Где ты нашел записку?

— Да тут и нашел. Странно это все.

— Странно? — Уотсона едва удостоили взглядом. — Это не странно, нет, нет. Это невозможно, противоречит всякой логике. Человек проводит весь вечер и всю ночь в кабинете, воссоздавая видимость секретности хранения записей, а потом просто берет и кладет аналогичную улику в стол? Нелепость!

Шерлок, сжимая в руках записную книжку, принялся кружить по комнате.

— Я что-то упускаю. Что-то очень важное. Зачем Гретхэму так подставляться? Если только… Если только Мориарти не приказал ему. Он следит за мной, он должен был узнать, что я взломал базу данных Скотланд Ярда, а если Лестрейд снова открыл дело Харта, не составит труда догадаться, что именно я расследую. Он хочет встретиться, очевидно, но почему два послания? Джон.

— Да?

— Сегодня в восемь вечера мы должны быть на улице Девяти Вязов, около третьего склада «British Potions». Ты покараулишь снаружи, в случае опасности вызовешь полицию. А лучше сразу звони инспектору.

— Даже не подумаю, — Уотсон откинулся на спинку кресла, из-под опущенных век глядя на темный силуэт на фоне окна.

— Я не понимаю тебя.

— Не собираюсь этого делать. Ты в своем уме вообще? Кого мне караулить снаружи? Как я узнаю об опасности?

На лице Шерлока появилось то самое выражение, при виде которого у своего кузена Джон мечтал запереть его в шкафу. Навечно.

— То есть ты отказываешься?

— Какой ты догадливый.

— Прекрасно.

— И один ты тоже не пойдешь.

— Неужели? И что же ты сделаешь?

Внезапно Джон очень живо представил себе связанного по рукам и ногам Шерлока Холмса в их гостиной на Бейкер-стрит. Температура в кабинете резко подскочила. К сожалению…

К сожалению?!..

…в реальности это было невозможно. Назвать Шерлока взрослым человеком мог только тот, кто не знал его совсем, но и запрещать что-то Холмсу, как показывал опыт, было безнадежно. Джон не хотел опять проснуться в пустой квартире и на бегу слушать гудки в телефоне.

— Хорошо. Я пойду. У тебя есть рация или что-то в этом роде? — спросил Уотсон, опуская голову.

Шерлок в ответ невыносимо самодовольно ухмыльнулся.

Продолжение следует

2011-01-06 в 23:16 

Sectumsempra.
Моя профессия с утра до полвторого Считать что я – твоя Священная корова. (С)
И всё?!
С таким-то началом? Автор, да вы садист, батенька)))))))

2011-01-06 в 23:26 

Red_TABUretka
человек в железной каске
Sectumsempra., вторая часть на подходе, честное слово))) :rolleyes:

2011-01-06 в 23:50 

Асмея
Самое ценное, чему научила меня жизнь: ни о чем не сожалеть/Ин лакеш
Red_TABUretka
Значит, можно ждать её уже сегодня?:inlove:

2011-01-07 в 10:45 

Red_TABUretka
человек в железной каске
Асмея, нет, сегодня не получится, но выложу в ближайшие дни, как только вторая часть вернется от беты))

2011-01-07 в 12:52 

Асмея
Самое ценное, чему научила меня жизнь: ни о чем не сожалеть/Ин лакеш
Red_TABUretka, что ж подождём, без окончания я даже читать боюсь:weep:

2011-01-07 в 17:09 

koudai
specific dream rabbit
очень круто, надеюсь продолжение будет скоро, или я сгрызу клаву))))
не знаю, как вам это удается, но у меня сейчас было впечатление, что я посмотрела еще одну серию Шерлока (нет, полсерии, что жыстоко Т_Т)

2011-01-07 в 18:30 

lami-sha
Потрясающе ! :hlop: :hlop: :hlop:
Просто нет слов , одни эмоции . Очень и очень жду продолжение .Спасибо .

2011-01-07 в 20:52 

Leda Rius
"Любви моей не опошляй своим согласьем рабским, сволочь!"
:hlop::hlop::hlop: Блестяще!

2011-01-07 в 22:01 

Red_TABUretka
человек в железной каске
Асмея, там не страшно. Пока что))) :gigi:

koudai, спасибо большое :sunny: с жестокостью продюсеров сериала ничто и никто не сравнится)) Продолжение будет скоро)

lami_sha
Leda Rius

огромное спасибо :white::white::white:

2011-01-07 в 22:14 

boss ass witch
:heart:
Мне безумно повезло, что мою заявку выбрались выполнить Вы. К сожалению раньше воскресенья прочитать Ваш фик не получится, но.
Заранее огромное Вам спасибо:red:
Уже предвкушаю)

2011-01-07 в 22:28 

Асмея
Самое ценное, чему научила меня жизнь: ни о чем не сожалеть/Ин лакеш
Red_TABUretka
Мне страшно читать WIP-ы и неХЭ, скажите, что всё будет хорошо, ну, пожалуйста!:weep:

2011-01-07 в 22:39 

Red_TABUretka
человек в железной каске
дорогая сестра Олли, это вам спасибо за такую заявку, увидев которую я поняла, что попала, в том смысле, что очень захотелось написать)) надеюсь, не разочарую.

Асмея, не надо бояться, это же просто текст, он не кусается))

2011-01-07 в 22:43 

Асмея
Самое ценное, чему научила меня жизнь: ни о чем не сожалеть/Ин лакеш
Red_TABUretka
Кусаются, особенно, если хочешь, чтобы герои были счастливы:small: А я в таком настроении, что без ХЭ рискую свалиться в чёрную депру...:bang:

2011-01-07 в 22:44 

Мисс Джонс
boss ass witch
Red_TABUretka не думаю)) Ваши фики по ББС меня очень радуют)

2011-01-07 в 23:02 

Red_TABUretka
человек в железной каске
Асмея, что я могу сказать, не скатываясь в спойлеры? На свой страх и риск)))

дорогая сестра Олли, это приятно и обнадеживает)) спасибо :sunny:

2011-01-07 в 23:08 

Асмея
Самое ценное, чему научила меня жизнь: ни о чем не сожалеть/Ин лакеш
Red_TABUretka
Мне ужасно нравится, как вы пишите по BBC, поэтому лучше я мужественно дождусь концовки и только потом сяду читать, :inlove:

2011-01-08 в 00:50 

Но что бежишь под дождем, что стоишь под дождем – намокаешь одинаково (с)
Red_TABUretka ППКС тому, что текст воспринимается как ещё одна серия. Которая закончилась на самом интересном, ыыыы! :weep3:
Спасибо, это здорово написано, зримо, затягивающе, динамично :white: Жду скорого продолжения)))

2011-01-08 в 01:23 

вы тут котиками любуйтесь, а я скоро вернусь через пять часов.
Последняя песчинка застряла в горловине часов и перекрыла весь временной поток.
Расстегнутый ворот рубашки позволил увидеть, как дернулся кадык, когда Холмс сглотнул.
Глаза Шерлока были широко открыты.
начало, и тут же заставляет задержать дыхание. какая четкая картинка.
Теперь же, стоя посреди улицы, как последний дурак, в распахнутом пальто, с запрокинутой головой, Шерлок мог с уверенностью заявить: Джону Уотсону удалось победить смерть, безумие и скуку.
*__* черт, какой фик. только начала читать, а уже эмоций через край.
Red_TABUretka :squeeze:

2011-01-08 в 11:54 

Red_TABUretka
человек в железной каске
Асмея как удобнее, конечно))) :kiss:

Puding, ууууиии!!! спасибо :squeeze: :squeeze: скоро-скоро)))

vedmo4kaO.o очень приятно и вдохновляюще, что нравится)) спасибо! :dance2:

2011-01-09 в 21:42 

KaterinaAvg
Ваше кредо? - Всегда! (с)
невероятно! крышесносно. как же я рада видеть ещё один Ваш текст!

2011-01-10 в 01:12 

Red_TABUretka
человек в железной каске
katerina_A а я очень рада такому комментарию, спасибо)))

2011-01-10 в 01:22 

Ваше кредо? - Всегда! (с)
Red_TABUretka
а Вы пишете по-больше я Вас этими комментариями завалю с головы до ног!

2011-01-10 в 01:34 

Red_TABUretka
человек в железной каске
katerina_A, я дада, я пишу. Окончание повесила как раз)))

2011-01-10 в 09:01 

cowberry
ну, как всегда - восторг и крышеснос )))

:hlop::hlop::hlop:
:red:

2011-01-10 в 11:14 

KaterinaAvg
Ваше кредо? - Всегда! (с)
Red_TABUretka, люблюнимагу, ах-ха...

2011-01-10 в 12:20 

Red_TABUretka
человек в железной каске
Непутевая лО :sunny::kiss: спасибо, я очень-очень рада и довольна)))

katerina_A :song: :love:

2011-01-11 в 00:13 

Мастер Гамбс
Внимательно смотрите, на что подсаживаетесь!
Red_TABUretka пятьдесят миль в час милосерднее пальцев Джона на его губах.
И даже милосерднее Автора, создавшего текст, от которого мурашки бегут по коже, но выложившего только небольшую его часть.
Автор, это мое Вам признание в любви, восхищение и комплимент.
Не смею торопить, просто буду верить.

katerina_A Благодаря тебе нашла этот бесподобный текст. Спасибо.

2011-01-11 в 00:34 

Red_TABUretka
человек в железной каске
Мастер Гамбс, спасибо огромное))) там несколькими постами выше уже выложено продолжение

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

Sherlock Holmes Big Party

главная